Главное в материале
- Юрий Мирошниченко скончался 10 ноября в возрасте 89 лет, похоронен 11 ноября на Домбрабадском кладбище
- Он родился в 1937 году в Самарканде, работал в «Ташгипрогоре» и возглавлял мастерскую TMM-ARH
- Именно он в 1960-е согласовал первый мозаичный панно братьев Жарских на девятиэтажном доме, что открыло путь ташкентским мозаикам
Смерть и память
Архитектор Юрий Георгиевич Мирошниченко, участвовавший в восстановлении Ташкента после землетрясения 1966 года и формировании облика столицы, скончался 10 ноября в возрасте 89 лет. 11 ноября его проводили в последний путь и похоронили на Домбрабадском кладбище. Об этом сообщает Gazeta.uz, посвятившая архитектору материал, основанный на большом ранее не публиковавшемся интервью, которое исследовательница архитектуры Рушена Семиногова взяла у него два года назад в ходе работы над его архивом.
Путь архитектора
Мирошниченко родился 17 июля 1937 года в Самарканде, учился в Ташкентском политехническом институте на архитектурном отделении строительного факультета. После выпуска в сентябре 1960 года он по распределению пришёл в третью мастерскую «Ташгипрогора», где его первой работой стал Чиланзарский торговый центр. Позже он работал в институтах «Узшахарсозлик» и ГлавАПУ, а завершающим этапом карьеры стала собственная проектная мастерская TMM-ARH. Среди реализованных проектов он называл гостиницу «Меридиан» в Термезе, застройку на улицах Богдана Хмельницкого и Афросиаба, а также архитектурно-скульптурный комплекс дважды Герою Советского Союза — космонавту Владимиру Джанибекову.
Решение, изменившее облик города
Одно из решений Мирошниченко, по оценке Gazeta.uz, стало поворотным пунктом в истории ташкентских мозаик. После землетрясения 1966 года художники Пётр, Николай и Александр Жарские предложили украшать фасады новых многоэтажек мозаичными панно, но для этого требовалось согласие архитектурных ведомств. Пётр Жарский обратился к Мирошниченко, занимавшему тогда пост главного архитектора проектного института «Ташгипрогор». По словам самого архитектора, он сначала хотел отказать, но художник сумел его убедить, и проект был утверждён. Впоследствии мозаичные панно стали появляться на торцах жилых домов, в вестибюлях общественных зданий, на станциях метро и фонтанах, а сегодня воспринимаются как часть узнаваемого облика Ташкента, который изучают исследователи и которым интересуются архитекторы и туристы со всего мира.
Архив, книга и воспоминания
В 2025 году при участии Майи Першиной, дочери инженера Виктора Першина — близкого друга и коллеги архитектора, отредактировавшей и оцифровавшей книгу, вышла автобиография Мирошниченко «Калейдоскоп памяти». Историк архитектуры Борис Чухович в своём Facebook отмечал, что эта книга — не исследование личного вклада в архитектуру и не средство самооправдания, а собрание отдельных историй, воссоздающих жизнь архитектора мозаикой: его детство, студенческие годы, проекты и встречи с друзьями. В воспоминаниях Мирошниченко рассказывал и о поисках следов старого Ташкента: во время одной из таких прогулок с женой в районе Самаркандских ворот они случайно наткнулись на летнюю мастерскую — шийпон, спроектированный и построенный самим писателем Абдуллой Кадыри и остававшийся во владении его семьи.
