Главное в материале

  • 8 ноября 2016 года Индия изъяла из обращения банкноты в 500 и 1000 рупий — 86,9% всей наличности в обращении
  • К 2018 году 99,3% изъятых денег вернулись в банковскую систему
  • Наличные в обращении выросли с 17,97 до 43,15 трлн рупий, несмотря на бум цифровых платежей

Внезапная реформа 2016 года

8 ноября 2016 года премьер-министр Индии Нарендра Моди в телеобращении объявил, что с полуночи банкноты в 500 и 1000 рупий выводятся из обращения. Мера одномоментно аннулировала 86,9% стоимости всей наличности в обращении. Моди призвал граждан совершить «великую жертву ради очищения страны» и обещал, что временные тяготы помогут искоренить «чёрные деньги», коррупцию, фальшивую валюту и финансирование терроризма. Об этом пишет Deutsche Welle в ретроспективном материале к десятилетию реформы.

Цена для населения и неформальной экономики

Последствия оказались ощутимыми: миллионы индийцев выстаивали в многочасовые очереди у банков и банкоматов, работники теряли зарплаты, малый бизнес не мог выплатить деньги сотрудникам. По словам бизнесмена из Джайпура Пракаша Патры, отец его домашней помощницы скончался прямо в очереди, пытаясь обменять сбережения семьи. Эксперт Джо Атиали из Центра финансовой подотчётности считает, что главный удар пришёлся по бедным и неформальному сектору: «Демонетизация разрушила источники существования, нарушила работу малого бизнеса и ввергла миллионы в ещё большую экономическую незащищённость». Бывший профессор экономики Университета Джавахарлала Неру Арун Кумар добавляет, что власти ошибочно полагали, будто нелегальные богатства хранятся прежде всего в наличных.

«Чёрные деньги» не исчезли

Главный провал обозначился уже в 2018 году: Резервный банк Индии сообщил, что 99,3% изъятой из обращения валюты вернулось в банковскую систему, то есть значительная часть незадекларированной наличности не была «сожжена», как ожидалось. Спустя десятилетие, отмечает DW, мало свидетельств того, что демонетизация заметно ударила по «чёрным деньгам» или коррупции: значительная часть нелегальных богатств в Индии хранится в недвижимости, золоте и других активах, а не в наличных. Профессор Национального института государственных финансов и политики Лекха Чакраборти, опираясь на исследования, говорит о «скромных результатах» в достижении заявленных целей при реальных, хотя и временных экономических издержках. Атиали также обращает внимание, что за экономические потрясения и подрыв институтов, включая Резервный банк Индии, никто не понёс ответственности.

Единственный очевидный сдвиг — цифровые платежи

С 2016 года цифровые платежи в Индии действительно выросли: запущенный в августе того же года интерфейс UPI в 2025–26 финансовом году обработал 241,6 млрд транзакций на 314,2 трлн рупий (около 2,95 трлн евро) по данным Резервного банка. Однако рост безналичных расчётов не сократил объём наличных: на 23 октября 2026 года банкнот в обращении было 43,15 трлн рупий против 17,97 трлн в ноябре 2016 года. Чакраборти предостерегает от приписывания цифрового бума демонетизации: по её словам, платежи «продолжали тенденцию, которая шла ещё до запрета наличности». Таким образом, через десять лет разрыв между обещаниями реформы и её фактическими результатами остаётся центральным элементом её наследия.