Главное в материале

  • По расследованию CNN (сентябрь 2026), около 15 украинских специалистов по дронам обучают туарегских повстанцев FLA в северном Мали
  • DW не смогло независимо подтвердить эти данные; HUR не дала конкретного ответа на запрос
  • Мали, Нигер и Буркина-Фасо разорвали дипотношения с Киевом, обвинив Украину в поддержке вооружённых групп

Расследование CNN о украинских дронах в Мали

Украинско-российская война, возможно, имеет африканское измерение: по расследованию американского телеканала CNN, опубликованному в сентябре 2026 года, около 15 украинских специалистов по дронам, как утверждается, поддерживают туарегских повстанцев на севере Мали. Их общий противник — военное правительство в Бамако и его российские союзники. CNN сообщало, что украинцы обеспечивали обучение работе с дронами, оперативное планирование и дистанционную поддержку беспилотных миссий. Deutsche Welle не смогло независимо проверить эти утверждения.

Подозрения с 2024 года и сигналы из Киева

Подозрения о причастности украинской военной разведки (HUR) возникли ещё в июле 2024 года, когда DW сообщало о возможном участии HUR в засаде на бойцов российской ЧВК «Вагнер» около Тинзауатена на севере Мали. Тогда представитель HUR Андрей Юсов заявил, что туареги получили необходимую для атаки информацию, но Украина отрицала прямое участие; в том бою вагнеровцы и малийские военные понесли тяжёлые потери. Новый импульс подозрениям придал пост в X Кирилла Буданова — бывшего главы военной разведки, ныне руководителя аппарата президента Владимира Зеленского. 7 сентября он написал, что украинская разведка защищает интересы страны по всему миру — «от России до Африки… в пылающих песках пустыни и в снегах ледяной Антарктиды». Буданов не упомянул Мали напрямую, и его пост не подтверждает какую-либо конкретную операцию. DW обратилось к HUR с вопросами о возможной переброске персонала в Мали и одобрении миссии политическим руководством, но конкретного ответа не получило: представитель агентства лишь сказал, что информация может быть предоставлена позже.

Стратегическая логика и союз с проблемными партнёрами

Эксперты видят в возможном участии Киева стратегический мотив. Марта Олийнык-Домочко, координатор программы африканских исследований Киево-Могилянской академии, сказала DW, что главная цель Украины — ослабить российское влияние в мире. Российский историк Ирина Филатова, профессор-эмерит Университета Квазулу-Натал, считает такую поддержку правдоподобной, но не имеет независимых доказательств; по её словам, украинцы считают российские войска в любой точке мира законными целями, а неудачи в Мали могли бы связать российские ресурсы и подорвать репутацию Москвы как партнёра по безопасности. Однако партнёр Киева неоднозначен: Фронт освобождения Азавада (FLA) сотрудничает с связанной с «Аль-Каидой» группировкой «Джамаат Нусрат аль-Ислам валь Муслимин» (JNIM). Олийнык-Домочко подчёркивает, что это скорее ситуативный союз против общего врага, чем всеобъемлющее партнёрство: FLA не стремится свергнуть правительство в Бамако, а добивается самоопределения или широкой автономии севера Мали. Поддержка FLA сама по себе не доказывает помощь JNIM, но джихадисты могут выиграть косвенно — через совместные операции или доступ к знаниям и технике.

Дипломатические последствия и цена для Киева

Мали, Нигер и Буркина-Фасо — все под управлением военных правительств — уже обвинили Украину в поддержке вооружённых групп и угрозе их территориальной целостности, разорвали дипломатические отношения с Киевом и углубили сотрудничество с Россией. В сентябре министр иностранных дел Мали Абдулае Диоп обвинил Украину в ООН в «явной и открытой поддержке террористических групп», по данным Agence France-Presse, не представив доказательств. DW отмечает, что у этих правительств может быть заинтересованность в легитимации партнёрства с Москвой и изображении Киева дестабилизирующим игроком. После военных переворотов 2020 и 2021 годов Мали развернулось от западных партнёров к России; «Вагнер» в 2025 году сменил Африканский корпус, а, по словам Ульфа Лессинга из фонда Конрада Аденауэра, корпус по-прежнему использует Сирию и Ливию как транзитные пункты для рейсов из России. Для Киева вовлечённость в Мали могла бы быть относительно дешёвым способом ослабить российские интересы за пределами Европы, но партнёрство с FLA несёт политический риск обвинений в косвенной поддержке джихадистов, что может подорвать усилия Украины по выстраиванию отношений с африканскими странами. Реальный масштаб возможного украинского участия остаётся неясным.