Главное в материале

  • Более 700 млн китайцев регулярно играют; консоли были запрещены в 2000–2014 годах
  • Все игры в Китае требуют лицензии; критерии цензуры «намеренно расплывчаты», отмечает Джордж Осборн
  • «Black Myth: Wukong» стал международным хитом 2024 года; китайские студии всё чаще ориентируются на глобальную аудиторию

Китайская студия делает игру о войне с Японией

Китайская студия Hoothanes Technology из Ханчжоу разрабатывает игру «The Defiant» о борьбе китайских войск с японской армией в 1930–1940-х годах. Разработчик Коннор Сюй рассказал DW, что оружие в игре использовалось только в Азии и незнакомо многим западным игрокам, а сама история, по его словам, никогда прежде не рассказывалась в видеоиграх. Проект при этом рассчитан и на международную аудиторию.

Игры — часть повседневной жизни в Китае

По данным DW со ссылкой на исследовательскую компанию Newzoo, более 700 млн человек в Китае регулярно играют в видеоигры, и большинство считает игры важной частью своей жизни; многие используют их для общения с друзьями. Основные платформы — ПК и смартфоны, консоли распространены гораздо меньше: с 2000 по 2014 год они официально не продавались в Китае — власти объясняли это защитой детей и подростков от игровой зависимости.

Ограничения и контроль

Несовершеннолетним в Китае разрешено играть в онлайн-игры не более трёх часов в неделю. Для взрослых лимитов нет, но для игры требуется регистрация по настоящему имени и личному идентификационному номеру, что, как отмечает DW, позволяет государству отслеживать, кто, во что и когда играет и с кем общается. Существует и серая зона: часть игроков использует VPN для доступа к официально недоступным играм, а некоторые молодые игроки — аккаунты родителей, чтобы обойти лимиты времени.

Лицензионная система и цензура

Журналист Джордж Осборн, консультирующий НКО и правительства по вопросам видеоигр и выступавший на конгрессе Gamescom, объяснил DW особенность китайского рынка: без лицензии продажи невозможны, а система заставляет разработчиков проходить многоуровневые согласования в министерстве пропаганды и министерстве культуры. Играм запрещено содержать материалы, угрожающие единству, суверенитету или территориальной целостности Китая, порнографию, азартные игры, призывы к преступлениям против нацбезопасности и распространение способной нарушить общественный порядок информации. По мнению Осборна, критерии «намеренно сделаны довольно расплывчатыми», и соответствие правилам — вопрос интерпретации: игры иногда меняют даже после релиза. Он приводит пример игры 2025 года «Wuchang: Fallen Feathers», где врагов, основанных на известных китайских деятелях династии Мин, внезапно стало невозможно убить — они падали от истощения.

Международный успех и проблема самоцензуры

Китайские компании, включая Tencent и NetEase, рано начали инвестировать в западные игровые студии, а в 2024 году китайская ролевая игра «Black Myth: Wukong», вдохновлённая классическим романом XVI века «Путешествие на Запад», стала неожиданным международным хитом. Осборн не видит проблемы в популяризации китайской культуры, но задаётся вопросом о степени вмешательства государства в сами игры: игроки, по его словам, «довольно глубоко скептичны» и хорошо распознают пропаганду — «если это слишком очевидно, это не сработает». Он опасается самоцензуры западных разработчиков, стремящихся на огромный китайский рынок: например, исключения ЛГБТК-персонажей, что он называет крупным шагом назад. DW отмечает, что Китай — не единственная страна, где игры адаптируют под национальные нормы: в Германии запрещены, например, нацистская символика и изображения крайнего насилия, кроме случаев, когда игра явно служит культуре памяти.

«Главное — рассказать историю»

Хотя в Китае запрещено прославление насилия, команде Сюя разрешено разрабатывать военную игру. Сюй объясняет это так: «Я думаю, в этой игре самое важное — не насилие. Самое важное — рассказать историю». По его словам, команда стремится к исторической точности, а оценивать успех этого будут историки.