«Мать умоляла меня не ехать»: конголезский врач, выживший после Эболы, рассказывает свою историю

Главное в материале

Врач из Бутембо выжил после заражения Эболой и ведёт просветительскую работу, раздавая фото болезни и черновик своей книги
Вспышка в ДР Конго унесла жизни 5400 человек, заразились 11 000 — это вторая по смертности вспышка в истории
Врач поддерживает выводы MSF о пропадающих средствах и говорит о нехватке защитного оборудования; правительство Конго запросило комментарий BBC

Врач, которого семья умоляла не ехать в центр лечения

Раймон Касерека Камванга, 30-летний врач больницы Катва в городе Бутембо на востоке Демократической Республики Конго, рассказал BBC, как решился поехать в центр лечения Эболы, несмотря на протесты семьи. Его 50-летняя мать Масика Ндунго плакала и спрашивала: «Почему ты выбираешь смерть в центре лечения Эболы?» — местные жители считали специализированное отделение «домом смерти», откуда редко возвращаются, особенно на поздних стадиях болезни. Но как медик он понимал, что дома шансов выжить почти нет. Случилось это в июле, через два месяца после того, как ВОЗ объявила вспышку Эболы в ДР Конго чрезвычайной ситуацией в области общественного здравоохранения международного значения. С того момента, по данным, приводимым BBC, умерли 5400 человек и заразились 11 000 — это вторая по числу жертв вспышка в истории. Бутембо находится в провинции Северное Киву, эпицентре кризиса с наибольшим числом случаев по данным министерства здравоохранения Конго.

Три дня ожидания диагноза и 13 дней в отделении

Первые симптомы появлялись постепенно: горечь во рту, головные боли, общее недомогание. После первичного осмотра и анализов его отправили домой, но состояние не улучшалось. Быстро проверить на Эболу в Бутембо невозможно: образцы отправляют в Бени в 54 км к северу, и из-за состояния дорог в разорённой войной местности дорога занимает от 48 до 72 часов. На четвёртый день у Камванги начались рвота и диарея. Около 18:00 он пошёл в центр пешком, но отказался пользоваться главным входом: позвонил коллегам и попросил их надеть защитную экипировку, прежде чем изолировать его, — вирус передаётся при контакте с инфицированными биологическими жидкостями. Текущая вспышка вызвана видом вируса Бундибугио, для которого нет одобренной вакцины или лечения; терапия симптоматическая. Камванга потерял много жидкости и с трудом поддерживал водный баланс. «Каждый день у меня на глазах умирали пациенты. Но я оставался в позитивном настроении», — вспоминает он. За 13 дней в больничной койке он поддерживал себя фильмами на телефоне, чтением и TikTok. После выписки даже сертификат об отсутствии вируса не сразу развеял страх окружающих: 21 день — инкубационный период вируса — он жил отдельно в другой части дома, где тогда жили не менее 18 человек, включая детей и людей, перемещённых недавними боями. Семья признаёт, что пережитое изменило их представление об Эболе, а мать говорит, что увиденное своими глазами развеяло часть дезинформации.

Просветительская работа под угрозами

Через неделю после выздоровления Камванга начал писать книгу «Цена спасения жизней» — она ещё не закончена, но черновик он уже использует в просветительских встречах, раздавая также фотографии, сделанные во время болезни, чтобы убедить жителей, что Эбола реальна. Миссия трудная: часть людей считает кампании способом гуманитарных организаций заработать на донорских деньгах. По словам врача, недоверие подогревается бедностью и травмами от лет вооружённого конфликта: «Эбола пришла вместе с войной», — некоторые даже видят в ней способ властей «добить тех, кого война не смогла истребить». Он сам получает угрозы в телефонных сообщениях, а некоторых просветителей, по его словам, атаковали жители. Камванга соглашается с недавним докладом «Врачей без границ» (MSF) о том, что средства на борьбу с Эболой пропадают: «Деньги, выделенные на борьбу с Эболой, присваиваются правительством. У нас недостаточно защитного оборудования». BBC обратилась к правительству Конго за комментарием. Несмотря на запугивание, врач намерен продолжать: «Мы продолжаем делать то, что можем, с ресурсами, которые у нас есть, — они, к сожалению, очень ограничены».