Главное в материале

  • Трамп допускает встречу с Ким Чен Ыном во время азиатского тура в ноябре, но признаёт, что «не уверен, что кто-то просит о встрече».
  • Аналитики называют перспективу встречи почти нулевой: КНДР получает поддержку от России и Китая, экономика растёт третий год подряд.
  • Пхеньян отказывается обсуждать денуклеаризацию; Ким Ё Чжон в сентябре назвала ядерный статус страны «абсолютным».

Инициативы Трампа и молчание Пхеньяна

Пока мировые лидеры готовятся к ноябрьскому саммиту АТЭС в Шэньчжэне, растут спекуляции о возможной встрече Дональда Трампа и Ким Чен Ына, хотя эксперты считают такую перспективу маловероятной. Динамика изменилась по сравнению с 2019 годом, когда Ким после провала саммита в Ханое возвращался домой 60-часовым поездом ни с чем: теперь инициативу проявляет Трамп, а Пхеньян хранит молчание. На прошлой неделе Трамп вновь сказал, что «может» встретиться с Кимом во время азиатского тура в следующем месяце и что это «было бы захватывающе». Однако в понедельник он заметил: «Я не знаю... Я не уверен, что кто-то вообще просит о встрече», добавив, что его «отношения с Ким Чен Ыном очень хорошие». Посол Южной Кореи в Вашингтоне Кан Кён Хва заявила на прошлой неделе, что конкретного прогресса к встрече нет.

Почему Киму выгоден статус-кво

Аналитики отмечают, что Трамп ищет внешнеполитический успех на фоне затяжной войны с Ираном и возможного заявления о переговорах перед промежуточными выборами, тогда как у Кима стимулов меньше. Отправка войск и оружия в помощь Москве принесла КНДР поддержку Владимира Путина и помогла смягчить действие санкций ООН по ядерной программе. По оценке центробанка Южной Кореи, опубликованной в июле, экономика КНДР росла более чем на 3% третий год подряд в 2025 году — главным драйвером названо «расширение экономического сотрудничества с Россией». Ключевым союзником остаётся и Китай. «Я вижу почти нулевую возможность встречи. Для Ким Чен Ына сохранение статус-кво — лучший вариант сейчас», — сказал AFP Лим Ыль Чхуль, профессор Института дальневосточных исследований Университета Кённам.

История переговоров и позиция Сеула

В первый срок Трамп встречался с Кимом трижды — в громких саммитах, направленных на денуклеаризацию, но осязаемого прогресса не было; однажды он заявил, что они «влюблены». С тех пор КНДР продолжала наращивать арсенал. Президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён, неоднократно предлагавший Пхеньяну переговоры без предусловий, в сентябре предположил, что Вашингтону стоит добиваться заморозки, а не немедленной ликвидации ядерной программы в обмен на ослабление санкций. Критики считают, что такой подход рискует молчаливо признать КНДР ядерным государством и позволит Пхеньяну получить облегчение санкций, не отказываясь от арсенала.

Китай и блоковое размежевание

Аналитики полагают, что Китай тоже движется к неявному признанию ситуации. В июне Ким принимал Си Цзиньпина в Пхеньяне вскоре после саммитов Си с Трампом и Путиным в Пекине; ни Пхеньян, ни Пекин не упомянули денуклеаризацию в официальных заявлениях — эксперты расценили это как знак молчаливого согласия. «Разделение на блоки — США и Япония с одной стороны, КНДР, Китай и Россия с другой — создаёт значимые возможности для КНДР», — сказал AFP Хон Мин, старший научный сотрудник Института объединения Кореи. Пхеньян неоднократно давал понять, что больше не готов обсуждать денуклеаризацию: в сентябре сестра Кима Ким Ё Чжон назвала ядерный статус страны «абсолютным», а надеющихся на денуклеаризацию — «идиотами».

Возможен ли сдвиг политики США

«Более важный вопрос — начнёт ли Вашингтон переговоры исходя из допущения, что арсенал КНДР не исчезнет. Я вижу, что вероятность такого сдвига политики существенна», — сказал AFP Владимир Тихонов, профессор корееведения Университета Осло. Китай, чьё влияние отчасти опирается на роль посредника между Пхеньяном и Вашингтоном, мог бы потерять рычаги в случае прямой сделки Трампа и Кима в Шэньчжэне. «Диалог может вестись с пониманием Путина и Си Цзиньпина», — считает Ян Му Джин, бывший президент Университета северокорейских исследований. По его словам, с учётом немедленных выгод от России «отказаться от этих преимуществ, выйти из российско-украинской войны и вступить в неопределённый диалог с США сейчас трудно представить».