Главное в материале
- Москва предложила трёхсторонний саммит РФ—США—КНР на полях АТЭС в Шэньчжэне (18–19 ноября), по данным WSJ, надеясь на договорённость по Украине на выгодных России условиях
- Китай, по дипломатическим каналам, не возражает против формата при условии участия Трампа; Киев и ЕС в переговоры не включены
- Эксперты DW расходятся: Китай как символический участник без обязательств — либо партнёр России с общими интересами против присутствия Запада
Предложение Москвы и позиция сторон
Администрация Дональда Трампа этой осенью активизировала дипломатию по возобновлению замороженных переговоров по Украине: Вашингтон усилил давление на Киев и европейских партнёров, одновременно привлекая Москву уступками, включая сделку по экспорту российского дизельного топлива в США и временное смягчение части санкций. Кремль, впрочем, не спешит: после встречи спецпосланника США Стива Уиткоффа с Владимиром Путиным в Санкт-Петербурге (DW датирует её 21 ноября) пресс-служба сообщила о готовности к техническим переговорам с Украиной в следующем месяце. Помощник Путина Юрий Ушаков заявил, что следующий раунд возможен в Абу-Даби и будет посвящён «построению системы безопасности России и Украины после окончания войны». По данным The Wall Street Journal, Москва предложила провести трёхстороннюю встречу Трампа, Путина и Си Цзиньпина на полях саммита АТЭС в Шэньчжэне 18–19 ноября. По источникам WSJ, Путин надеется договориться о завершении войны на условиях, выгодных России, и рассматривает встречу как «новую Ялтинскую конференцию». Китайские официальные лица, по данным газеты, дали понять, что Пекин не возражает против формата, если Трамп согласится участвовать; сам Трамп также выразил открытость. Украина и ЕС в формат не включены.
Реакция Киева
Президент Украины Владимир Зеленский 20 октября в Осло заявил, что переговоры о будущем его страны приемлемы только при наличии у Украины места за столом переговоров. Решать будущее Украины без самой Украины он назвал неприемлемым.
Эксперты: роль Китая
Теймур Умаров из Центра «Карнеги-Россия-Евразия» в Берлине считает, что Москва хочет ощущать уважение со стороны Вашингтона как крупная держава, а Пекин будет участвовать скорее символически: «У Пекина нет намерения брать на себя ответственность за будущее Украины». По его мнению, в совместном заявлении Китай добивался бы максимально расплывчатых формулировок. Иное мнение — Юрий Пойта из MERICS: у России и Китая совпадающие стратегические интересы, включая продвижение альтернативной архитектуры безопасности в Евразии и ослабление влияния НАТО; если они убедят США сократить военное присутствие в Европе и помощь Украине, Россия получит преимущества на поле боя, а доверие ЕС к США как союзнику по НАТО подорвётся. Директор Института Кеннана Майкл Киммидж считает, что для Китая важнее дестабилизации конфликта и торговли с Украиной — «политическое выживание Владимира Путина»: Китай продолжит косвенно поддерживать российские военные усилия, чтобы Россия не проиграла, и не станет давить на Путина.
Исключение Европы и реальность на земле
Катерина Красина из киевского New Geopolitics Network полагает, что исключение Украины и ЕС показывает: Пекин не считает Украину самостоятельным игроком, а Европу — сильной. Киммидж, однако, возражает: исключение Европы не обязательно уменьшит её влияние — европейские усилия вокруг саммита Трампа и Путина на Аляске в 2025 году, по его мнению, помогли предотвратить невыгодные для Европы исходы, а финансовая помощь Украине и кооперация в оборонной промышленности дают «рычаг влияния». Умаров добавляет, что любая дипломатическая договорённость столкнётся с реальностью на земле: «Украина обладает собственной субъектностью, и ни США, ни западные страны не могут полностью определить происходящее на поле боя дипломатическим давлением».
