Главное в материале

  • Проверку покупателей крупных активов на конфликт интересов ведут международные консультанты (Deloitte, PwC, EY, KPMG), а не само агентство
  • Родственные связи с госслужащим сами по себе не запрещают покупку — важен конфликт интересов и влияние на торги
  • Осталось неясным, какие данные получают консультанты и сколько претендентов было отстранено

Заявление главы АУГА

При приватизации крупных государственных предприятий Узбекистана проверку потенциальных покупателей на наличие конфликта интересов проводят международные консультанты, а не само Агентство по управлению государственными активами. Об этом сообщил глава АУГА Сохибжон Муродов на пресс-конференции 8 октября, отвечая на вопрос журналиста о том, как государство предотвращает переход приватизируемых активов к родственникам и близким высокопоставленных чиновников. По его словам, агентство выступает только заказчиком, а консультант на договорной основе проводит проверку и установление связей с заинтересованными лицами. Специалисты должны выяснять, проходят ли торги в условиях конкуренции и нет ли обстоятельств, способных привести к незаконной продаже имущества из-за конфликта интересов. К такой работе преимущественно привлекаются компании «большой четвёрки» — Deloitte, PwC, EY и KPMG.

Право собственности и родственные связи

Муродов подчеркнул, что Конституция гарантирует каждому право на собственность, поэтому наличие родственных связей с государственным служащим само по себе не означает запрета на приобретение имущества. Значение имеют возможный конфликт интересов и влияние заинтересованных лиц на результаты торгов.

Проверки на электронных аукционах

Глава АУГА также рассказал об ограничениях при реализации имущества через платформу E-auksion. Постановление президента (ПП-3149) от 27 июля 2017 года запрещает участие в электронных торгах по продаже имущества в рамках исполнительного производства сотрудникам ряда государственных органов, а также оценщикам, участвовавшим в оценке реализуемого имущества. Система проверяет участников автоматически, обмениваясь сведениями с государственными информационными базами. При продаже отдельных госактивов проверяется, не работает ли претендент в организации, на балансе которой находится имущество, для чего используются данные информационной системы трудовых отношений. При этом постановление 2017 года регулирует прежде всего исполнительное производство, тогда как приватизация осуществляется также на основании отдельного законодательства.

Проверки при приватизации

Закон «О приватизации государственного имущества», принятый в 2024 году, предусматривает проведение процедур на принципах открытости, равной конкуренции и недопущения коррупции. При продаже отдельных крупных активов АУГА требует от претендентов раскрывать информацию о конечных бенефициарах. Например, при приватизации «Узагросугурта» в 2025 году покупатели должны были представить сведения об акционерах с долей более 5% и конечных владельцах компаний. Также оценивались финансовые возможности инвесторов, наличие судебных разбирательств, соблюдение требований по противодействию отмыванию денег и международных санкционных ограничений. Финансовым консультантом по сделке выступала Deloitte, независимым оценщиком — PwC. При продаже мобильного оператора MobiUz агентство привлекало Rothschild & Co, KPMG и Deloitte для организации международного конкурса, оценки предприятия и рассмотрения предложений инвесторов.

Что считается конфликтом интересов и открытые вопросы

С декабря 2024 года в Узбекистане действует закон «О конфликте интересов», определяющий конфликт интересов как ситуацию, при которой личная заинтересованность государственного служащего влияет или может повлиять на надлежащее исполнение его обязанностей. Закон предусматривает выявление таких случаев с использованием сведений о близких родственниках, конечных бенефициарах компаний, трудовых отношениях и других данных государственных реестров. При этом механизм внутреннего контроля в госорганах не равнозначен проверке потенциальных инвесторов международными консультантами. Как отмечает Gazeta, из опубликованных условий сделок неясно, каким образом консультанты устанавливают связи покупателей с высокопоставленными чиновниками и их родственниками. Из ответа Муродова также осталось неясным, какие именно сведения получают консультанты, распространяется ли проверка на всех участников крупных приватизационных сделок и сколько претендентов было отстранено по её результатам.